Главная » Искусство ислама

Туркменские ковры

3 апреля 2013 Комментариев нет

Текинский ковер. Туркмения. 19 в. Фрагмент.

Колорит туркменского ковра безукоризненно красив. Его определяет красный цвет различных, главным образом темных оттенков – вишневого, бордо, малинового, спекшейся крови, но почти обязательно в соседстве со звучно-красным, который, однако, никогда не пестр и не кричащ. В виде добавочных цветов в узор входят натуральные цвета шерсти – белый, черный, коричневатый, желтый светло-медового оттенка. Красный цвет обязателен. При первом взгляде именно фон кажется в нем доминирующим. В действительности это совсем не так – в ковре преобладает орнаментальный цикл, но так как построение узоров входит все тот же красный цвет (аналогичного или иного тона), то возникает иллюзия преобладающего фона.

Орнаментации туркменского ковра присуща необычайная четкость композиционных построений. Обычно ковер включает основное прямоугольное поле и серию обрамляющих его кайм. В больших постилочных коврах преобладает поле, орнамент которого подчинен принципу двухосевой симметрии, в малых ковровых формах площадь обрамления порой превалирует, и композиция центрального поля строится на единой оси. Разработка же орнамента основана на контрасте мелкоузорных мотивов обрамлений, бордюров, полос и тех крупных элементов поля, которые туркмены именуют голем.

Иомутский ковер. Туркмения. 19 в. Фрагмент.

В крупных ковровых формах голи размещаются в центральном поле на прямой или ромбовидной сетке (то есть в параллельном или шахматном расположении). В мелких ковровых изделиях, типа хурджинов и небольших чувалов, иногда встречается центрическая композиция с единственным, центрирующим голем. Лишь в ковриках специального назначения нарушается общепринятый композиционный принцип — так, на энси движение орнаментальных линий следует П-образной форме дверного проема (иногда с треугольно-арочным завершением верха), а в намазлыках вводится стрельчатая или треугольная арка михрабной ниши.

Орнамент туркменского ковра воспринимается как чисто геометрический. В действительности он геометризован, а не геометричен. Это не гирих, основанный на сетке простейших или замысловатых построений, которые, прежде всего, формируют орнамент. Почти каждый узорный элемент туркменского ковра — это изображение части некоего первоначального целого, в котором были и семантика и изобразительность, но которые в процессе многовековой эволюции были преобразованы, в конечном счете, в условно-орнаментальный знак. В композициях преобладает основная форма прямоугольного поля, подчеркнутая многочисленными бордюрами и обрамлениями; в пределах этой исходной разбивки и дается простое ритмическое (а не сетчато-лучевое, как в гирихе) построение узоров, которое строится на двух основных приемах — либо диагональном, либо прямолинейном. Превалирует все же диагональный принцип, который сообщает убранству ковра черты известной динамичности, уравновешивая движение орнамента в пределах композиционной разработки центрального поля и обрамляющих кайм.

Иомутский осмолдук. Туркмения. 19 в.

Осуществленный этнографами анализ орнаментальных мотивов, а также закрепившихся за определенными узорами названий и истолкований их самими ковровщицами показывает, что в представлении народа узоры эти являют собой определенные образы реального мира, его вещественные символы, хотя в ряде случаев изначальная основа самих мотивов и оказывается позабытой. Процесс чрезвычайной геометризации ковровых элементов, имеющих многовековую историю, и вызванный в известной мере самой техникой ковроделия процесс, связанный с отбрасыванием всех второстепенных деталей и с предельным обобщением форм, соподчиненных определенным законам ритма и строгой композиционной разбивки, по-видимому, уже давным-давно привел к утрате внешнего подобия орнаментальных элементов с исходными образами, взятыми из окружающей действительности.

Анализ орнамента туркменского ковра позволил выделить в составе их зооморфные мотивы (птицы и животные, в основном части их тел, оперенье, рога), растительные формы (стилизованные деревья, листья, ветви, цветы, плоды), знаки-талисманы охранительного свойства («тумар»), геральдические знаки различных туркменских племен («тамга»), космические мотивы (луна, звезды, струи воды, горы) и, наконец, разного рода мелкие элементы подсобного характера — полоски, треугольнички и прочее, осуществляющие связь или расчленение основных орнаментальных форм, разбивку полей, заполнение фонов. Очень немногочисленны сюжетные изображения — для них характерна тема верблюжьего каравана или вереница конных всадников.

Чаударский мафрач. Туркмения.19 в.Особо важное место занимает в туркменском ковровом орнаменте «голь». Термин этот, в понимании ковровщиц, означает узор, точнее — племенной узор. По созвучию со словом «гуль» европейцы переводили его как «цветок», в русскую дореволюционную литературу даже  вошел  термин  «салорская   роза» — красивый  по  своему звучанию, но абсолютно неправильный по значению.

Традиционный голь — это  фигура   пологого,   реже   подквадратного восьмигранника или ромба, который внутри  заполнен особым узором. В прямоугольном   поле  больших   ковров   голи  располагались как бы клеточным чередованием крупных и малых фигур такого рода. 

Исследования Рашидеддина (XIV в.) по истории огузских племен, где даны сведения о племенных тотемах — «онгонах», приводят к выводу, что именно с этими онгонами и связаны туркменские голи. Подчеркнем, что сведения Рашидеддина основаны на очень древних данных, в частности на свидетельстве Махмуда Кашгарского (XI ст.), в словаре которого приведены рисунки огузских племенных клейм. Стабильность онгонов и тамг в пределах единого племени и неизменность их на протяжении веков была обусловлена чрезвычайной стойкостью родоплеменной организации туркменской скотоводческой среды. Характерно, что ковроделия не знают те древние реликтовые этнические группы туркменского населения с земледельческой хозяйственной основой, подобно мурчали и нохурли, которые, наоборот, сохранили традиции чисто оседлой жизни и соответствующие промыслы — например шелководство и шелкоткачество.

Салорский мафрач. Туркмения. 19 в.

В терминологии онгонов (часть которых пока не расшифрована) доминируют образы хищных птиц — сокол, кречет, орел, орел, хватающий зайца. Следует подчеркнуть, что мотивы голей далеки от натуралистической передачи тех зооморфно-тотемных образов, которые звучат в названиях онгонов. При всем том установлено, что некоторые голи эрсаринцев, иомутов, араби содержат вполне отчетливые, хотя и крайне стилизованные изображения птиц. Тотемистически-заклинательная основа и геральдический смысл онгонов определили собой символико-изобразительный характер передачи птиц, где было сознательно изгнано реальное подобие, но сохранена условная передача целого по части— загадочная для постороннего взора, но понятная для посвященных.

Изобразительное искусство древнего Туркменистана уже прошло через подобную стадию стилизации и орнаментализации изобразительных форм в эпоху формирования архаического орнамента, в условиях родоплеменных, доклассовых форм общественного бытия. В художественном творчестве туркменской кочевнической среды с ее стойкими пережитками родоплеменной организации как бы заново был повторен подобный процесс. Видимо, еще в XI—XII вв. на почве Северного Хорасана, в процессе активного отюречивания коренного населения, некоторые принесенные тюрками-сельджуками и тюрками-огузами орнаментальные мотивы попали в благодатную, издревле подготовленную к их новому восприятию этническую среду, хранившую древние, высокоразвитые традиции ковроткачества. Тогда-то, скорей всего, онгоны и были вплетены в заполненное крупными орнаментальными фигурами центральное поле ковра.

Типологически туркменские ковры подразделяются на несколько ведущих групп, различаемых по племенам и по районам, в. которых выделяются еще и внутренние подгруппы. Основными считаются ковровые изделия салоро-сарыкские (пендинские), текинские (ахальские и мервские), иомутские, с близкими к ним подгруппами чоудорских, шихских и игдырских (прикаспийские), эрсаринские с подгруппами сакаров, каркынов, очаров, аламов, а также беширские (приамударьинские). 

Источник: Пугаченкова Г.А. Искусство Туркменистана. Очерк с древнейших времен до 1917 г. – М.: Искусство, 1967. – С. 175 – 179.

Искусство ислама

Оставить комментарий или два

Вы можете подписаться на комментарии по RSS.

Будте вежливы. Не ругайтесь. Оффтоп тоже не приветствуем. Спам убивается моментально.

Перед отправкой формы: